Как устроена защита АУГ (Patreon)

Вчера в лентах мелькнула проходная новость, что с борта американского авианосца USS Harry S. Truman потеряли истребитель-бомбардировщик F/A-18E Super Hornet, который выпал в море вместе с тягачом. По официальному заявлению самолёт выпал из ангара во время перемещения техники. По слухам авианосец в этот момент выполнял энергичный поворот из-за атаки хуситов и самолёт выпал из-за наклона палуба и центробежных сил. 

Справедливости ради в этом эпизоде нет ничего особенного. Когда идёт активная работа авианосца — авиация теряется. Ошибки неизбежны. Рвутся тросы при посадке, самолёты из-за плохой погоды не зацепляются после нескольких попыток и топятся в море, ошибки при парковке и перемещении техники на очень тесной лётной палубе, самолёты смывает во время штормов, у самолётов случаются отказы в вылетах. Выпал самолёт из-за разворота, и выпал. Бывает. В этом действительно нет ничего особенного. Но занятным образом в СМИ стали распространять искромётные формулировки типа: 
"USS Harry S. Truman, по-видимому, выполнил аварийный разворот 27 апреля, чтобы избежать крупномасштабной атаки йеменских ракет и беспилотников. 

Активы ВМС США были достаточно уязвимы, чтобы вынудить прибегнуть к экстренному маневру в качестве крайней меры.

«Ансарулла» вышла на новый уровень оперативного давления против сил в Красном море.

Это серьезный сигнал о том, что Красное море больше не является безопасным местом для американских кораблей. "

Или такие: 
"Если версия про маневрирование авианосца с целью избегания угрозы верна, то это означает, что средства поражения хуситов (дроны-камикадзе или противокорабельные ракеты) смогли преодолеть ПВО кораблей сопровождения и создать угрозу сердцу ордера."

Подобное массово постят площадки, претендующие на экспертность в военке, создавая впечатление, что для авианосца выполнение вот такого резкого поворота — крайняя мера, когда ПВО не смогло защитить от угрозы. Что в итоге характеризует реалии компетенций журналистов и "экспертов" на разнообразных площадках, которые не понимают в принципе как работает защита авианосца. Соответственно мы решили написать заметку для восполнения этого пробела. 

На самом деле энергичный маневр авианосца — это первое действие, которое предпринимается, когда авианосная ударная группировка оказывается под ударом. Это базовое действие ввиду тонкостей работы атакующих сил. Одна из тех простых мер, которые имеют определённую эффективность без высокотехнологичного ПВО. Впрочем, ПВО тоже старается вовсю. 

Вообще, оборона АУГ начинается с нападения. Есть такое выражение, что "лучшая система ПВО — это танк на аэродроме противника". Авианосцев это тоже касается. Первым делом АУГ занимается уничтожением угроз для себя и делает это отлично. Авиакрыло уверенно работает на радиус около 1000 км от корабля и при необходимости может отходить дальше. Такой дистанции достаточно для купирования подавляющей части угроз. На этой дистанции АУГ надёжно контролирует небо и способно проводить успешную разведку и уничтожение целей на земле. Справедливости ради найти пусковые установки противокорабельных ракет на земле не так просто. Они могут почти ничего не излучать, а просто выпустить свои ракеты по координатам, полученным по малозаметным на большой дистанции каналам. Таким образом атакуют корабли хуситы. У хуситов нет авиации или боевых кораблей, которые могут нести противокорабельные ракеты. Авиацию и корабли американцы очень быстро уничтожили бы. А вот наземные пусковые, стреляющие от сараев, обнаружить не так просто. В этом отношении хуситы малоуязвимы. Но есть жирный нюанс. Противокорабельные ракеты надо как-то наводить. И судя по вчерашнему обострению, мало кто представляет как работает обычная ПКР. 

Противокорабельные ракеты — это разновидность крылатых ракет с активной головкой самонаведения. Крылатые ракеты в своём стандартном исполнении наносят удары по стационарным наземным объектам. Есть вариации оснащения крылатых ракет головами, которые способны наводиться на излучение РЛС или оптикой, позволяющей в районе цели уточнять объект и успешно наводиться в точку несмотря на помехи. Противокорабельные ракеты в подавляющем большинстве случае оснащаются активными радиолокационными головками самонаведения. РЛГСН обладает относительно высокой дальностью обнаружения в несколько десятков километров. Вот только летят ПКРы сотни километров. И им требуется внешнее целеуказание перед пуском. 

Русская пропаганда обожает угорать, рассказывая какие у России есть чудесные противокорабельные ракеты. Россия обожает рассказывать про "убийц авианосцев", которые могут пробить любую оборону. Те кто в теме знают, что при наличии кое-каких средств поражения у России колоссальные проблемы с разведкой и целеуказанием. И если пропагандисты обожают рассказывать про то, что гигантский авианосец в окружении кораблей сопровождения очень легко обнаружить, в реальности это абсолютно не так. В 1982 году на учениях НОРПАК 82 американский авианосец Мидуэй продемонстрировал активные действия авиации у берегов СССР, при этом АУГ в течении 4 дней так и не была обнаружена русскими. Причём, это были учения мирного времени, когда русские разведчики не уничтожались палубной авиацией. В случае войны разведчики были бы одноразовым расходным материалом, а обнаружить корабль было бы ещё тяжелее. 

Описания НОРПАК 82 весьма интересны в деталях. Мидуэй работал в полном радиомолчании не включая РЛС. Полётные операции проводились с полной тишиной в радиоэфире. АВАКСы тоже действовали в пассивном режиме. Важно заметить, что против серьёзного противника АУГ может применять массу обманных средств. В ночных условиях авианосец огнями имитирует гражданские суда. По излучениям аналогично может делать имитация гражданских судов. Возможно применение имитаторов излучения корабля, заставляющее противника направится в районе, где его ждут истребители. АВАКСы используют своё активное излучение, имитируя полёты в районе авианосца, при этом находясь на значительном расстоянии от носителя. Истребители авиакрыла могут специально выводить на заправщиках на расстояние, где встречаются с разведчиками, после чего разведка начинает обшаривать район встречи, снова нарываясь на засаду истребителей. При этом одной из тонкостей НОРПАК 82 было, что в какой-то момент с одного из кораблей ночью смыло американского моряка в 360 км от Курил. Для поиска моряка были подняты вертолёты, велись активные радиопередачи, но русские силы так и не смогли обнаружить АУГ. 

Стоит заметить, что НОРПАК 82 это были всё же учения, а советские вооружённые силы были достаточно мощными по возможностям и разведки, и уничтожения. Сегодняшние русские возможности гораздо ниже. Хуситско-иранские тоже не блещут. И если ракеты есть, а пусковые маскируются, то обнаружить АУГ не так просто. 

Главный инструмент обнаружения у хуситов — разведывательные дроны-крыло в один конец. Поставляемые из Ирана разведчики запускаются над морем с задачей попытаться что-то найти. РЛС у дронов-разведчиков нет, все надежды на оптический комплекс, который имеет шансы что-то разглядеть на дистанции в 30 км. Американцы прекрасно понимают эту угрозу и уничтожают зенитными ракетами с эсминцев и крейсеров ПВО все разведчики, появляющиеся в районе. Это простая задача. Дроны тихоходные, засекаются после выхода над радиогоризонтом. На них достаточно самых дешёвых ракет-перехватчиков. Дроны-разведчики также могут уничтожаться и истребителями, а обнаруживаться не только РЛС кораблей, но и РЛС АВАКСов с авианосца. Радиус в несколько сотен километров от авианосца надёжно прикрыт от дронов-разведчиков. Хуситы в свою очередь могут пытаться запускать разведчики не на высоте в несколько километров, а вплотную к воде, чтобы обнаружить вероятность обнаружения разведчика. Полёты на высоте несколько десятков метров. Дистанции обнаружения с АВАКСов на фоне воды сокращаются, радиогоризонт по обнаружения РЛС кораблей тоже сокращается. При этом стоит понимать, что низковысотные РЛС на тех же эсминцах "Арли Берк" имеют радиус обнаружения объектов, идущих на высоте 10-15 метров в 50 км. То есть фактически ситуация такова, что дрон-разведчик и при полёте на высоте, и при полёте над водой, будет обнаруживаться американцами раньше, чем что-то обнаружит сам. 

В то же время стоит понимать, что оборудование может сбоить. А сбитый в 30-40 км от эсминца дрон уже сам по себе является определённым целеуказанием. От дрона делается поправка на десяток-другой километров и в этот район выпускаются противокорабельные ракеты. Наобум. С надеждой, что выпущены в нужную точку и головы ракет, придя в район, смогут что-то обнаружить. А ГСН противокорабельных ракет это не огромная и дорогая РЛС АВАКСа за сотню миллионов баксов, или РЛС корабля за сотни миллионов баксов. Это недорогая одноразовая игрушка с дальностью излучения от силы 50 км и радиусом обзора луча в 10-30 км. Причём из-за скорости ракеты сканирование краёв может оказаться с пропущенными зонами. Концепция применения ПКР не сложна. Разведка должна дать максимально точное целеуказание ракетам. Максимально точные координаты текущего местонахождения цели. После чего данные уходят в голову ракеты и ракета идёт в указанный район. Если с ракетой есть связь, то в полёте могут передаваться новые данные о координатах цели. Когда ракета подходит к цели на радиус действия ГСН, включается голова и начинается сканирование района, чтобы найти точное местонахождение и лететь именно в цель. Цель как правило пытается ставить помехи различными дымами с интересными тонкостями отражения спектра, фольгой, радиоэлектронными средствами. Современные электронные ловушки создают для ГСН ракеты имитацию корабля поблизости достаточно успешно. Но отстрел ловушек — это уже последние рубежи обороны. Причём не последний, а именно последние. Потому что кроме постановки помех на последних километрах противокорабелку сбивают комплексы ближнего радиуса действия типа CIWS, которых на всех кораблях достаточно. (окей, Берки последних модификаций могут быть без CIWS). 

Итого, как было описано  выше, при попытке поразить корабль противокорабельной ракетой, вначале надо его обнаружить максимально точно, после чего ракета должна прийти в район, где находится корабль, дообнаружить его своей ГСН и попасть в цель. И средство разведки-целеуказания, и ракету всё время пытаются сбить системами ПВО, коих у АУГ предостаточно. Авианосная ударная группировка не имеет какого-то стандартного количества кораблей охранения. По умолчанию это 1 ракетный крейсер типа Тикендерога и 3-4 ракетных эсминца типа Арли Берк, а АПЛ типа Лос-Анджелес или Вирджиния. На борту авианосца 40-50 ударных самолётов, а также разведка, помехи, вертолёты. На борту Тикендероги более 120 универсальных пусковых ячеек для ракет разных типов, на борту Арли Берков более 90 универсальных пусковых ячеек. По умолчанию в одну пусковую ячейку входит или 1 тяжёлая ракета, или 4 небольших. Часть ячеек занята Томагавками, но в миссиях вроде текущей против хуситов будет сделан упор на ПВО. В итоге в распоряжении АУГ находится 300-400 тяжёлых зенитных ракет, которые могут сбивать всё, включая спутники на низких орбитах. Ракеты типа SM-6 могут быть достаточно дорогими со стоимостью в 4-5 млн долларов за штуку, но очень эффективны. И судя по имеющимся сливам ракеты расходуются. Но не десятками в сутки. Хуситы пытаются стрелять по предполагаемым районам АУГ, но без какого-либо успеха. При этом полноценные противокорабельные крылатые ракеты или противокорабельные баллистические ракеты из иранского арсенала имеют достаточно высокую стоимость в миллионы долларов за штуку. 

И что важно понимать. Наша заметка началась с публикаций в СМИ, которые рассказывали, что "авианосец выполнил аварийное маневрирование потому что ПВО не смогло перехватить атаку йеменских ракет и дронов". Здесь так и представляется чудная картинка, когда системы ПВО истощены, ракета на сбита и корабль начинает "уворачиваться от ракет" разворотами. Чтобы такое придумать нужно быть журналистом. В реале системы CIWS достреливают прошедшие через остальную ПВО ракеты противника на дистанции в несколько километров от корабля. Ракета преодолевает эту дистанцию за считанные секунды и никакие маневры поворотами уже не помогут. Для подлетающей ПКР корабль — это стоячая мишень. 

Маневры уклонения выполняются в самую первую очередь ещё до начала работы ПВО. 

Как только корабли охранения обнаруживают дрон-разведчик и сбивают его, АУГ выполняет резкий разворот и на скорости 25-30 узлов в час уходит из локации. Дозвуковая противокорабельная ракета преодолевает расстояние в 300 км за 20 минут. За это время АУГ может уйти на 15 км от места встречи с дроном-разведчиком. Противокорабельная ракета, пришедшая в район цели, просто рискует ничего не обнаружить из-за малого радиуса действия ГСН. Маневр уклонения АУГ нужен на самом первом этапе, чтобы у противника получились максимально худшие координаты местонахождения кораблей. Чтобы если ПВО пропустит ракеты, ракеты не нашли цель из-за собственной ограниченности. 

При этом активное маневрирование — это база защиты АУГ от обнаружения в целом. Крутящийся в разные стороны корабль обнаружить тяжелее. И это база противолодочной обороны. АУГ в активном режиме может двигаться на скорости 25-30 узлов. Подводная лодка если попытается двигаться на подобных скоростях будет быстро обнаружена по повысившейся шумности. 

В  целом же американцы против Йемена сейчас тренируются в полигонных условиях. У американцев нет серьёзного противника, который мог бы устроить несколько действительно массированных ракетных атак. Хуситские залпы до десятка дронов, крылатых ракет и баллистических противокорабелок корабли ПВО перехватывают без особых трудностей. Несколько мощнейших РЛС на кораблях ордера, куча высококлассных ракет — этого хватает, чтобы отбиваться. Но если бы хуситы смогли запустить сотню ракет в нужную локацию, что-то прошло бы. При попадании в авианосец 1-2 ракет боевой живучести этого корабля хватило бы чтобы остаться на плаву и уйти своим ходом на базу, однако вовсе нет гарантии, что выпущенные ракеты попадут именно в авианосец, а не в корабли охранения. 

Что из себя представляет качество военкоров, профессиональных СМИ и прочих ребят, которые вчера-сегодня выдали сенсацию по мотивам реальности без понимания как работает техника, вопрос риторический.